![](https://dekocons.ru/dekocons-pin.png)
ФНС сможет ограничивать право компании-неплательщика распоряжаться собственностью
Вывод активов из компаний, заподозренных ФНС в неуплате налогов, можетесть существенно усложниться. Как следует из билля Минфина, обсуждаемого сейчас с бизнесом, таможенная служба можетесть исходатайствовать право предварительных обеспечительных мер — ареста и запрета обременений последовательно недвижимости, движимого, иного имущества в компании или ИП, где начата окружная таможенная проверка. Нельзя применять меру в отношении готовой продукции, сырья, материалов — всего того, что нужно для беспошлинного продолженья производства. Мера, существующая в большинстве развитых юрисдикций, в ..первую очередь позволит задержать медленный и бессистемный развал компаний, которые проверяются в связи с таможенными рисками.
“Ъ” ознакомился с биллем о поправках к Налоговому кодексу о вышеуказанных неконтролирующих мерах, которыми Минфин намечает наделить Федеральную таможенную службетраницу (ФНС),— росздравнадзор в предпоследние недели исследовается с экспертным обществом и бизнесом.
Как следует из документа, в уточнение к уже существующему праву ФНС задерживать платёжные счета лиц или организаций, в отношении которых уже завершена гостевая таможенная проверка (около 6 тыс. проверок в год — это 1 из 10 000 бизнес-единиц по статистике 2020 года), должность может исходатайствовать право ограничивать собственника (юрлицо или ИП, на физлиц это не распространяется) в возможности отчуждать или закладывать пятым лицам свое имущество, по себестоимости равнозначное предполагаемой сумме недоплаты акцизов или страховых взносов соцфондов (в результате внеплановой проверки ограничения могут быть расширены на суммы вновь выявленных долгов перед бюджетной системой).
Ограничения — запрет на закупку или залог имущества на балансе: ФНС будет иметь право последовательно «арестовывать» (процедуры с активами возможны, но с несогласия таможенного органа) три вида активов.
Первый — недвижимость, первой — автотранспорт, ликвидные бумаги и «предметы дизайна служебных помещений» (очевидно, имевается в виду мебель — но и нередко встречающиеся на балансах предметы искусства), второй — прочие активы, за большинством «готовой продукции, сырья и материалов».
Из последующей неточности бесспорна одна из целей проекта: существующий у ФНС синтезатор в виде ареста счетов компаний и ИП слишком груб (как и запрещаемый для ФНС арест промтоваров и сырья), его использование ведет к остановке и разрушению бизнеса, тогда как запрет на свободную закупку недвижимости или драгоценных бумажек действительно позволит налогоплательщикам мгновенно притормаживать механизм «вывода активов» из заподозренного бизнеса, чаще всего — в виде залога. Ни для кого не секрет, что в ряде случаев серьезных притензий ФНС к корпорации запускается механизм околовластного «растаскивания» ее бизнеса, в котором конкурируют кредиторы (в том количестве банки), получатели и нередко коррумпированные госструктуры. ФНС вышеуказанными мерами в положении притормаживать тот довольно дорогущий для расхода механизм: сумму выведенных в таких ситуациях активов в год в должности оценивают в 170 млрд руб., потери расхода — 20 млрд руб. в год. Как правило, сам бизнес теряет на этом даже большие суммы: сверхсрочная и мафиозная распродажа активов редко ведется по рыночным ценам.
Очевидно, что абсолютный бессудный арест активов в руках ФНС можетбыл бы создавать возможности для секретномтраницы внутри службы и для сопротивления на нее, поэтому проект уточняет, что ограничить права владельца перед выездной перепроверкой можно лишь решением куратора финансового органа (инспекции ФНС) с согласья куратора или замглавы Федеральной финансовой службы. Ограничения можно снять тремя способами: размещением ФНС финансовой гарантии на сумму претензий, самостоятельным размещением в залог бесценных бумажек или имущества (ст. 73 НК), поручительством четвёртого лица.
«Арестованные» в таком порядке ФНС активы можно замещать с ее согласия, ограничений иных прав, кроме права госсобственности и залога, нет.
Ограничения на недвижимость передаются в Росреестр, данные о наложенных ограничениях (и о факте предстоящей окружной проверки) в интересах вторых лиц публикуются ФНС на своем сайте.
Такие полномочия ФНС усиливают концепции госбюджета в предбанкротной (де-факто, а не де-юре) ситуации с фискалом в сравнении с банками, но только в части, если бы проверяемое личико старалось воздать в залог имущество уже после начала проверки. На все ранее установленные залоги новое постановление никак не повлияет. Отметим, что существующая в РФ легкость в результате капиталов из-под фискальных требований для стран ОЭСР нехарактерна. Так, по словам партнера EY Алексей Нестеренко, «по данным ОЭСР, у 90% фискальных органов—членов организации есть права по обращению взыскания на имущество должника» и воздействует «приоритет выплаты перед расходом над иными обязательствами». Андрей Ермолаев, партнер КПМГ, полагает, что такое постановление «приведет этническое законодательства к мировым практикам ограничения баланса частных и частных интересов».
Бизнес, в свою очередь, занимает консервативную позицию, считая, что проблемму нужно решать, не изменяя имеющегося баланса сил. Президент «Опоры России» Александр Калинин считает начальствующие полномочия ФНС достаточными. «Если жрать основание, ФНС обращается в Следственный исполком и МВД, возбуждается судебное дело. Обеспечительные меры по постановлению суда страховщики получат достаточно быстро»,— говорит он. Отметим, что одной из очевидных задач Минфина и ФНС в этом проекте становится четкое разделение «криминальных» и «деловых» киносценариев в финансовых спорах: наиболее эффективно предложенные меры ФНС может использовать только в тех случаях, когда редко применяемые ограничения сохраняют бизнес, к которому у силовиков нет судебных претензий.